Привет! Вы находитесь на странице, полностью посвященной одной-единственной песне - "I WILL SURVIVE". Песня появилась после того, как в 1978 году Глория попала в тяжелейшую автокатастрофу и провела долгое время в больнице. Врачи сомневались в том, что она вернется на сцену. Именно тогда Глория впервые серьезно обратилась к Богу. Произошло чудо – певица не только выздоровела, но и ее песня-исповедание стала одним из величайших хитов всехнародов. I Will Survive была переведена более чем на 20 языков мира, в том числе и на арабский. В 1980-м за эту песню Глория Гейнор получает Грэмми в номинации «Лучшая диско-запись года». За прошедшие более чем 25 лет была множество раз перезаписана прежде всего самой Глорией Гейнор, а также другими исполнителями от Дитера Болена, Дайаны Росс и Ларисы Долиной до альтернативной группы Cake и рэпера Снуп Доги Дога. В 2000 году эксперты влиятельного музыкального канала VH1 поставили "I Will Survive" на первое место в списке лучших танцевальных песен ХХ столетия. Киноиндустрия продолжает помещать "I Will Survive" на звуковые трэки более пол-дюжины известных художественных картин, среди которых фильм "Men in Black II" (Мужчины в чёрном-2).

«Джаз на Красном море» случился на месяц раньше, и…

25.11.2012
Владимир Мак, Иерусалим Фото: Эдуард Маркович

Новые четверть века своей истории Эйлатский фестиваль начал с изменения дат — с последней недели августа главный джазовый съезд Израиля перенесли на первую. Полагая, что регулярные посетители Red Sea Jazz интересуются его новостями, устроители не объявили об изменении дат практически нигде, кроме фестивального сайта. В результате среди публики не оказалось многих из тех поклонников джаза, которые составляют костяк каждого фестиваля. Статистика мне неизвестна, но, по-моему, публики было меньше обычного. Впрочем, если вспомнить, что в прошлом году учебный год в Израиле начался 1 сентября, а в этом году он начнётся на неделю раньше, то фестиваль в конце августа, вероятно, собрал бы ещё меньше народу. Кроме того, он мог быть менее представителен — здесь вторая причина переноса фестиваля.

Пригласить музыкантов — значит не только поселить их и заплатить им гонорар. Значительную часть затрат составляют авиационные билеты. Причём большинство музыкантов (независимо от их жанровой направленности) живёт в Америке, и именно оттуда они должны лететь в Израиль и туда же возвращаться — в случае фестиваля в конце лета. Европейские фестивали (Роттердам, Вена, Монтрё, Вьенн, Жуан-Ле-Пен, Марльборо…) проходят в июне-июле. К концу второго летнего месяца звёзды джаза либо уезжают домой, либо задерживаются на несколько дней — например, для того, чтобы поиграть в Эйлате. Именно поэтому в конце июля — начале августа новому художественному руководству «Джаза на Красном море» было легче собрать яркий и представительный фестиваль.

В трёх предыдущих фестивалях Red Sea Jazz главным критерием при составлении программ была творческая (или какая угодно ещё) близость к Авишаю Коэну. Превосходный контрабасист, неплохой композитор и амбициозный музыкант и человек, возглавив фестиваль в Эйлате, в первые два года привёз на него всех своих друзей из разных стран. В израильской части программы была прекращена подача заявок (много лет существовавшая при основателе фестиваля Дани Готфриде), и многие блестящие музыканты остались далеко за фестивальным бортом.

Кризис наступил в третий год правления Коэна. О том, юбилейном, 25-м фестивале мы говорили и писали много, поэтому не буду повторяться и перейду к оценке 26-го — первого, который подготовили два новых художественных руководителя, Дуби Ленц и Эли Диджибри. Первый — мировой авторитет в области world music, страстный энтузиаст музыки разных жанров и противник попсы, часто маскирующейся за джазовым занавесом и заполонившей в последние годы знаменитые фестивали. Второй — саксофонист, выросший из талантливого израильского студента в одного из ведущих джазменов Нью-Йорка. Ленц и Диджибри выстроили фестиваль идеально — программа состояла из разнообразной музыки, привлекавшей слушателей разных возрастов и темпераментов, объединённых хорошим воспитанием и доброжелательностью — на этом, как и на всех предыдущих «Джазах на Красном море».

Kenny Garrett

ДАЛЕЕ: подробный рассказ о фестивале Red Sea Jazz-2012

Фестиваль открыл септет Юваля Коэна, старшего из знаменитой семьи (вышепомянутый Авишай-басист — из другой семьи) и единственного из Cohen Family, постоянно живущего в Израиле. Волею судеб, Юваль — менее известный исполнитель, чем его сестра-кларнетистка Анат и брат-трубач Авишай (хотя играет Юваль на сопрано-саксофоне первоклассно), возможно, именно это подвигло его на больший, чем у брата и сестры, интерес к композиции. Юваль собрал компанию сильнейших израильских джазменов и представил программу из замечательных обработок популярных песен Давида Захави. Особый восторг вызвала легендарная песня «Халиль». Не обошлось без ложки дёгтя: кузен Юваля, Итай Перл, спел две песни, понятия не имея не только о джазе, но вообще о музыке. Завершал концерт уже опять ансамбль без Перла, и опять хорошо, но осадочек остался…

Yuval Cohen

Из услышанных мной израильских комбо выделю дуэт талантливых пианистов — 16-летнего Гади Лехави и 24-летнего Эдена Ладина. Добавлю, что еженощно они оба превосходно играли на джем-сешнс.

В Joca Perpignan Grupo собрались четверо израильтян и один бразилец, плюс известный и принятый в Америке израильский гитарист и удист Амос Хоффман. Задумано было, вероятно, красиво, но ничего не получилось. Много плохо организованного и однообразного перкуссионного шума, неоправданно псевдоарабские соло Хоффмана — и никакого джаза.

Гитарист Гилад Хаксельман в альянсе с американским саксофонистом Марком Тёрнером играли чисто, тихо и скучно. В большом и открытом зале не играют так, как в баре — люди пришли слушать музыку, но не расслабляться под неё.

Harold Rubin

Главным «израильским» концертом было выступление ансамбля, с которого началась 26 лет назад история фестиваля. «Завиет» сегодня — это новая специальная встреча трёх старых партнёров (и одного нового для выступления в Эйлате) и отмечание 80-летия лидера группы — кларнетиста Гарольда Рубина. В Эйлате редко услышишь авангардную, свободную музыку, но здесь это произошло. Рубин, мало играя на своем инструменте, умудряется создать совершенно особую атмосферу, в которой отлично уживаются виртуозная электрогитара Арли Либермана, играющего похоже на Джимми Пейджа из Led Zeppelin, с оригинальным по звуку и по внешнему виду электробасом Марка Смульяна и раскованной игрой на барабанах Реувена Хоха. В зале было мало народу, но все они любили музыку. На этом концерте не подпевали и не танцевали, слушали как заворожённые, иногда даже забывая аплодировать.

Craig Adams

«Чистые гости» начались с Voices of New Orleans под началом родственника Фэтса Домино, такого же необъятного в размерах певца и пианиста Крэйга Адамса. Отлаженная команда первые минут 45 выступала не только качественно, но и разнообразно — менялись ритмы и настроения, незабвенный «Down by the Riverside» сменялся чувственным блюзом, но на весь концерт разнообразия не хватило.

Ришар Бона был одним из наиболее жаленных гостей. Выступал он вместе с квинтетом Mandekan Cubano, составленным из блистательных музыкантов, среди которых был трубач Майкл Родригес, выступивший несколько лет назад в Эйлате с Карлой Блэй. Сам Бона — не только виртуоз-басист, но и очень музыкальный и обаятельный человек с хорошим вкусом. Африканские ритмы, танго, сальса также через минут 45 перешли во всеобщее танцевальное мероприятие, весьма однообразное музыкально. Правда, в отличие от Voices of New Orleans, Бона вместе с кубинцами три ночи в разных комбинациях превосходно играли на джем-сешнс.

Richard Bona

Кенни Гарретт (фото см. в начале материала) в первый вечер вывел на сцену квартет — барабанщик не прилетел, и его место занял перкуссионист Руди Бёрд. В результате великий саксофонист был настолько увлечен спасением программы, постоянно увлекая своей игрой Бёрда, что сам вошел в некий транс и ввёл в него значительную часть публики, в том числе вашего покорного слугу. Воедино с Гарреттом были блистательные пианист Вернел Браун и басист Коркоран Холт. На втором концерте квинтет был в полном составе. Добавился блистательный барабанщик Маркус Бэйлор, маэстро расслабился и увлекся общением с публикой. Он по-прежнему превосходно играл, но, на мой взгляд, более холодно. Зато зал плясал последние минут 15 его концерта…

Квинтет трубача Шона Джонса — компания лучших нью-йоркских виртуозов, сочетающих феноменальное мастерство с прекрасными вкусом и чувством меры. Оба их концерта слушались с наслаждением и вучали увлекательно с первой до последней секунды. В композициях нет традиционных боповых соло и тутти, всё оправдано музыкально, при этом все это — мэйнстрим. Конечно, мэйнстрим 21 века.

Джери Аллен — главное разочарование фестиваля. Замечательная пианистка, она не тянет на роль лидера. Аллен привезла великолепного степиста Мориса Честната, но один степист программы не сделает. Самой же ей сказать было нечего. Квартет с трудом дотянул программу до 50 минут при принятых на фестивале 75. Честнат в последнюю ночь великолепно отбивал чечётку на джем-сешн в дуэте с барабанщиком Аллен Каса Овераллом, выступившим в роли рэпера.

Carmen Souza

Кармен Суза — блестящая молодая певица. К национальным корням (её родители — уроженцы Островов Зеленого Мыса) она добавила владение гитарой, фортепиано и несколькими музыкальными стилями, включая французский шансон и традиционный джаз. Блестящее акомпанирующее трио, в котором выделяется басист Тео Паскаль. Итог — концерт, вызывающий только восторженную реакцию у всех слоёв слушателей, настоящее наслаждение от музыки.

Andre Minvielle

Трио из Франции — главное открытие фестиваля. Андре Минвьей — настоящий сумашедший от музыки, каких в наши дни становится все меньше. Минвьей поет, постоянно импровизируя, меняя настроение, гримасу, тембр голоса. Иногда он напоминает шансонье, иногда — Тома Уэйтса, иногда восточного дервиша… Его постоянный партнёр — фантастический аккордеонист Лионель Суарес. Недавно дуэт превратился в трио: добавился барабанщик Пьер-Франсуа Дюфор. Тончайший музыкант, в прошлом — концертмейстер виолончелей Национального оркестра Франции, ныне — концертирующий с сольными и камерными концертами академический музыкант. На концерте в Эйлате он также трижды играл на виолончели.

Yes! — Aaron Goldberg

Наконец, еще два трио, одинаковых по составу. Yes! — это старые друзья, пианист Аарон Гольдберг, басист Омер Авиталь и барабанщик Али Джексон. Два американца и израильтянин дружат около 20 лет, а в последние годы стали часто играть вместе и записали диск. Все вместе и каждый в отдельности поражают невероятным вкусом в игре, нетрадиционными идеями в импровизациях и щедростью — в двух концертах они сыграли практически две разные программы.

Christian McBride Trio

Контрабасист Крисчен Макбрайд, главный фестивальный мэтр, привез в Эйлат 24-летнего (но выглядящего на 16) пианиста Крисчена Сэндса и чуть более взрослого барабанщика Юлиссеса Оуэнса. Пианист в недалеком будущем, думаю, будет одной из главных фигур джазового мэйнстрима; барабанщик, полагаю, уже ей является (поразило многое, особенно его соло одной педалью на басовом барабане). Игру самого Макбрайда можно анализировать бесконечно, отмечая чистейший, почти виолончельный звук смычком, свинг, после которого почти ничей свинг уже таковым не кажется, неподдельную любовь к публике (в отличие от запланированных заигрываний с толпой), неистощимую выдумку (на джем-сешн Макбрайд устроил настоящий праздник для всех вместе — молодёжи и грандов, музыкантов и публики). А можно сказать лаконично — он и есть настоящий джаз.

Christian McBride